Чудесный сон

       Ян Бибиян спал так крепко, будто выпил волшебного зелья. Из раскрытого рта его вырывались громкие вздохи. Казалось, он хочет освободиться от тяжёлого груза. Иногда по его лицу пробегала тень тревоги, он кого-то отталкивал ногами, но всё крепче сжимал в руке хвост чертёнка.
       ...Яну Бибияну снится, будто вошёл он в бурную мутную реку, которая понесла его через подводные камни и скалы, швыряя от берега к берегу.
       «Помогите! Помогите!» — зовёт Ян Бибиян.
       Никого! Рёв реки заглушает его голос. Он пытается ухватиться за прибрежный камень, за корень дерева, но и камень и дерево тотчас уносятся вдаль. А река всё шире, бурливей. Тело болит от ударов о камни, вода размывает глиняную голову, она вот-вот отделится от туловища. Как трудно удерживать над водой эту голову! Она не повинуется ему.
       А бурные волны стремительно несут его между сказочными берегами.
       Картины одна чудеснее другой возникают на них.
       По широкой аллее, по цветущему лугу с книжками в руках идут в школу его сверстники. Какие они славные, эти ребята! Как красиво одеты, какой добротой светятся их глаза!
       А вон трудолюбивый пахарь налегает на соху, взрыхляя землю, и поёт.
       На другом берегу — зелёная поляна с раскидистым деревом посредине. Вокруг него празднично одетые девушки в венках из цветов ведут весёлый хоровод.
       Дальше — озарённая солнцем маленькая деревушка. Мимо церкви по широкой дороге бредёт бедная женщина... Это его мать! «Ян Бибиян... сыночек...» — шепчет она.
       «Мама!» — в отчаянии вскрикивает Ян Бибиян и протягивает к ней руки. Но фигура матери исчезает.
       А там, с высокой горы, спускается человек, погоняя навьюченного дровами осла. Это он, его отец, сгорбленный, седой; слёзы уже иссякли в запавших глазах его.
       «Отец, отец!» — зовет Ян Бибиян. Но видение исчезает.
       ...Река, грохоча, все дальше стремит свой бег. Опять знакомые места.
       Показалась гора... У подножия раскинулся родной городок. Солнышко заливает светом бедные домишки. По кривым улочкам спешат на работу люди. Вот школа. Высоко над тополями, окружившими большое белое здание, носятся прилетевшие с юга скворцы. Детские голоса весело приветствуют пернатых гостей.
       Речные волны бегут всё быстрей. Вот они, родные места! Раз! — Ян Бибиян выброшен на пологий берег, а река с грозным рёвом устремляется дальше.
       «Спасён!..»
       Обессилевший, мокрый, Ян Бибиян всматривается. Как всё мило ему здесь, в родном городке! Поднимается на ноги, бредёт. И вдруг замирает: перед ним гончарная дядюшки Горчилана и глиняный Калчо — такой же, как тогда, в первую их встречу. Голова на плечах Калчо тоже знакома ему... Да ведь это его прежняя голова!
       Мальчика охватывает гнев. Сжав кулаки, он бросается к невозмутимому Калчо:
       «Отдай мою голову!..»
       «Глиняная тебе больше подходит, — с улыбкой отвечает его собственная, Яна Бибияна, голова. — А мне хорошо на плечах Калчо...»
       «Но ты — моя голова! Отдай же мою голову, Калчо! Возьми свою, глиняную! Она давит мне на плечи!»
       Ян Бибиян кричит так громко, что... просыпается.
       ... Он лежит в страшном зале из чёрных зеркал. Около него — чёрная ворона. Глаза её печальны, она заботливо расправляет клювом волосы Яна.
       Мальчик прижал к груди чёрную птицу и горько заплакал. — Не плачь! — промолвила ворона. — Пока ты владеешь хвостом чертёнка, тебе нечего бояться! Но, если его потеряешь, ты погиб.
       И птица исчезла.

 

Назад Оглавление Вперёд