Версии, мнения. Глава 20.


 Как им удалось сохранить это в секрете?

 

       Уже упоминавшийся представитель НАСА Брайан Уэлч сказал: «В программе «Аполлон» было задействовано напрямую около четверти миллиона человек, а ещё – около полумиллиона человек по всей стране. Три четверти миллиона нельзя заставить скрывать какую-либо тайну» [1]. НАСА с охотой распространяет этот тезис (мистификации не было, потому что она невозможна), поскольку он позволяет как бы с порога отмести все неприятные вопросы. Конечно, при выполнении секретной программы об её полном содержании знает очень узкий круг людей. Но, если отбросить это явное преувеличение со стороны господина Уэлча, то вопрос всё равно остаётся: «Возможно ли в таком большом  деле сохранить секретность?»

       Начнём с примера из истории нашей космонавтики. Вспомним нашу лунную ракету Н-1. Какой это колосс, можно увидеть из илл.1. Крошечные фигурки людей вокруг неё позволяют ощутить её размер. Таких ракет было сделано четыре. И хотя СССР не уступал США по числу персонала, задействованного в лунной программе [2], тем не менее, подавляющее большинство советских людей не знало об её существовании.

 

   

Илл.1. Советские лунные ракеты Н-1

 

 

       Но, может быть, в «демократических» США всё было на виду? Ведь вот как считает известный писатель Б. Стругацкий (илл.2): «По-моему, абсолютно, невозможно сохранить на протяжении 30 лет любую тайну, если о ней осведомлены более десяти человек. Особенно, если действие происходит не в тоталитарной, а в демократической стране с мощными традициями свободной прессы» [3]. Ну что ж, писатель подсказал интересную тему для обсуждения.

 

Илл.2. Б.Стругацкий

 

 

 

 

На Западе умеют жёстко контролировать СМИ и сохранять секреты

       В разделе 17 рассказано о том, как жёстко контролировала НАСА информацию о «высадках» на Луну и о том, насколько согласовано американская пресса, как  по мановению палочки невидимого режиссёра, разворачивалась на 180о в своих комментариях при освещении полётов «на Луну». Вот примеры из недавней истории, которые показывают как, в западных странах умеют контролировать СМИ и сохранять тайну, когда этого требуют государственные интересы.

       Тогдашний премьер-министр Англии У. Черчилль вспоминает [4]: «21 ноября (1939 года) новый крейсер «Белфаст» подорвался на (немецкой) мине, а  4 декабря  наткнулся на мину линкор «Нельсон». Обоим кораблям удалось дойти до порта с доком. Следует отметить, что благодаря принятым нами мерам вражеская разведка узнала о повреждении «Нельсона» лишь после того, как корабль отремонтировали, и он снова вступил в строй. Однако в Англии эти факты с самого начала были известны тысячам людей».

       В мае 1941 года случилось событие, серьёзно повлиявшее на итоги битвы за Атлантику. Экипаж немецкой подводной лодки «U-10» попал в плен к англичанам. При этом англичане захватили ценнейшую добычу – шифровальную машину «Энигма». Теперь они могли расшифровывать приказы, которые отдавал по радио немецким подлодкам их главнокомандующий адмирал Денниц. Но при этом было исключительно важно, чтобы немцы думали, что лодка погибла вместе с экипажем. Сотни английских моряков наблюдали за пленением подлодки. И, тем не менее, тайна о захвате «U-10»  сохранялась даже 14 лет после войны [5].

         26 января 1944 года в Средиземном море немецкие самолёты потопили транспорт «Рона». Погибли около 1000 американских солдат из 1149. Это была самая тяжёлая одномоментная потеря американцев. Эта тайна сохранялась 40 лет [5], хотя в живых осталось 149 свидетелей.

      Это примеры, в которых исходные события происходили во время «горячей» войны. Но и во время «холодной» войны, одним из эпизодов которой была лунная гонка, таких примеров предостаточно. Вот один из них [6]:

       «Маргарет Тэтчер в бытность свою премьер-министром Англии (с 1979 по 1990 год) считала, что все средства хороши, чтобы скомпрометировать СССР. Именно с ее санкции подлодки британских ВМС проводили тайные операции в территориальных водах Швеции, а Запад неизменно обвинял в кознях Советский Союз, - пишет еженедельник «Эхо планеты» в статье «К сведению шведов: это были не советские, а британские подлодки». СССР возмущенно отрицал нарушение границ шведского королевства, но его никто не слушал. И только теперь, в начале февраля 2008 года, сообщение, подтверждающее этот факт, опубликовала лондонская газета 'Sunday Times'. При этом правительство Швеции не было осведомлено о кампании дезинформации, проводимой британцами и их американскими союзниками».

       Так что на Западе умеют сохранять тайну и от противника, и от союзника, и при наличии сотен и тысяч «своих» свидетелей.

       «Аполлон» был важнейшей стратегической программой США. Поражение США в лунной гонке означало бы катастрофические последствия для всей политической системы не только США, но и всего Запада, последствия, несопоставимые с потерей самого мощного линкора. Вспомним о том, что писалось в главе 3: ««Аполлон» был по-настоящему чрезвычайной программой, осуществляемой чуть ли не с поспешностью военного времени. Центр им. Кеннеди и стартовые площадки действительно напоминали военный лагерь перед решающей битвой»». Поэтому  тайну о мистификации «лунной» победы надлежало охранять самым серьёзным образом. А это, как показывают приведённые примеры, на Западе сохранять умеют. А «мощные традиции свободной прессы» в этом случае - не помеха. Навязчиво демонстрируемая американская "открытость" в случае необходимости служит плотной дымовой завесой, помогающей скрывать действительно важные  секреты.

 

Дым «открытости» над завесой секретности

       Как сохранял СССР тайну в своих космических программах? Публиковались сообщения ТАСС такого рода: «Для продолжения исследования космического пространства запущен спутник «Космос» №….». И никаких подробностей, что означало: «запущен секретный спутник, больше ничего не расскажем».

       Американцы работают тоньше. Они демонстрируют открытость, где только можно. Например, если на старты советских космических ракет посторонние не допускались, то старты «Сатурнов-5» видели непосредственно на месте и своими глазами десятки и сотни тысяч зрителей (раздел 5). И советским специалистам в голову не приходило, что надо тщательно проследить за тем, как летит ракета после старта и куда она летит. Ведь американцы – такие открытые.

       Заглянем ещё раз в спецвыпуск “Life” за август 1969 года [7], посвящённый полёту «Аполлона-11» (илл.3). Этот журнал эффективно использует метод «открытости» для маскировки того факта, что собственно «лунной» информации в спецвыпуске  очень мало. В журнале масса фотографий и сопроводительного текста  на тему о том, как росли и мужали астронавты с младенческого возраста, какие они спортсмены, какие они заботливые мужья, как они любят готовить и что они любят готовить и т.д., и т.п. Учёные выступают  в журнале со статьями по сопутствующим вопросам, рассматривается история космического соревнования между СССР и США. И в этом море открытости как-то тонет то обстоятельство, что список иллюстраций о собственно высадке исключительно беден. Интересно провести простую классификацию опубликованных в нём снимков. Если не считать неоднократных повторов в его иллюстрациях (астронавт сделал шаг, ещё шаг!), не рассматривать следы башмаков в песке и фотографии вполне земных ям, то снимков с лунной тематикой в журнале всего 10, многие из которых рассмотрены в этой книге, как сомнительные. Общее же число иллюстраций в журнале – примерно 160, и это изобилие открытости и общительности позволяет скрыть тот факт, что сразу после полёта «Аполлона – 11», якобы совершённого на Луну, показать на эту тему практически нечего. Конечно, все прошедшие с тех пор десятилетия пропагандистская машина НАСА не бездействовала и сейчас на сайтах НАСА выложены сотни, если не тысячи фотографий (откуда только они взялись и где они были в августе 1969 года?). "Открытая" версия, приправленная большим количеством сопутствующей ненужной информации, лучше скрывает секреты, чем угрюмое молчание с грифом "секретно".

 

Илл.3.  Показная открытость помогает скрывать секреты

 

Но ракету не показали

      В 1969 году приехал в Америку видный советский конструктор, космонавт К.Феоктистов. В программу визита входили посещение космических центров, приём у президента США, знакомство с кинозвёздами, беседы с астронавтами, экскурсии по достопримечательностям и открытость, открытость, открытость… И нужный для радушных хозяев вывод формулируется сам собой. К.П.Феоктистов пишет [8]:

       «Устроить такую мистификацию, наверное, не менее сложно, чем настоящую экспедицию… масштабы работ по "Аполлону" они не скрывали. А то, что они мне показывали в Хьюстоне в 1969 году (Центр управления, стенды, лаборатории), заводы в Лос-Анджелесе по изготовлению кораблей "Аполлон" и вернувшиеся на Землю спускаемые аппараты, по этой логике должно было быть имитацией?! Слишком сложно и слишком смешно».

       А что же так убедило конструктора? Вот он видел «вернувшиеся на Землю спускаемые аппараты». А как установить, что они побывали в окрестности Луны? Что, у них в щелях лунная пыль забилась?  По версии автора (см. глава 23) у НАСА не было настоящей лунной ракеты.  И обратите внимание на то, что К.П. Феоктистов не упоминает ракету в списке того, что ему показали.

      Во время его визита готовилась к старту следующая «лунная» ракета, предназначенная для А-12. Казалось бы, какая удача и для гостей, и  для радушных, «открытых» хозяев. Можно пригласить гостей прямо на космодром. Они и ракету увидят вблизи, и по стартовому комплексу погуляют, и астронавтов А-12 не отвлекут от подготовки к полёту. Но не тут - то было. Встречу с астронавтами А-12 - Ч. Конрадом и А. Бином К.П. Феоктистову организовали на «нейтральной» территории. Ведь К.П.Феоктистов – выпускник МВТУ - вуза, где готовят кадры конструкторов ракет. И не простой выпускник, а видный конструктор.  И будь гость хоть трижды друг Америки, а государственная тайна важнее.

     К.П.Феоктистов посетил также компанию «Норт - Америкэн», которая была главным изготовителем ракеты. Гостя знакомили с производством кораблей «Аполлон», но о том, чтобы ему показали производство ракеты,  - об этом у Феоктистова не сказано.

 

«Боб Гилларт был единственным  режиссёром высадки на Луну»

        Имя Вернера фон Брауна всегда упоминается при публикациях о лунной гонке. Тем самым формируется убеждение, что он был главным организатором «лунной» победы. С этим мифом плохо согласуется факт отстранения Брауна от руководства ракетно-космическим центром в Хантсвилле в самый разгар лунной гонки и последующий его уход из НАСА. А кто же был главным режиссёром?

    

Илл.4.   Э. Штулингер - свидетель из окружения фон Брауна

а) Э. Штулингер (слева) рядом с Вернером фон Брауном

 б)  он же в 90-е годы

 

       Один из помощников фон Брауна, Эрнст Штулингер (илл.4) рассказывает по ходу фильма [9] следующее: «Главной задачей Брауна было создание транспортного средства, но сам лунный модуль создавался в Хьюстоне под руководством Гилларта».

      Далее следует текст авторов фильма: «Боб Гилларт был единственным режиссёром высадки на Луну. Он и его команда контролировали все переговоры по радиосвязи, фотоснимки и все события в космосе и на Луне, Гилларт отвечал за подготовку астронавтов. Большинство из них были военнослужащими и были обязаны соблюдать полное молчание» [8].

       Один и тот же человек контролирует разработку лунной техники, приём и распространение информации, и подготовку астронавтов. К чему совмещение таких разнородных функций? Но такой вопрос отпадает, если победа в лунной гонке была добыта США путём обмана. Тогда во избежание утечки информации всё должно проходить под единым и жёстким руководством.       На илл.5а Вы видите, как счастливы видеть друг друга фон Браун и Боб Гилларт. На илл.5б мы видим жёсткое, волевое лицо Б.Гилларта, каким он показан в фильме НАСА [8]. Насколько известно, Б. Гилларт находился у руля программы «Аполлон» до самого её окончания. А фон Браун к этому времени уже не был ни главным конструктором, ни директором главного ракетного центра НАСА.

      Слышали ли Вы имя Боба Гилларта? Вряд ли, хотя оно и не является секретным. Но в передачах СМИ и печатных публикациях, посвящённых высадкам, имя главного режиссёра «высадки» на Луну (или одного из главных режиссёров) практически не упоминается. Вот что значит хорошо организованная «открытость». И ведь это имя не известно не только Вам, но и многим маститым специалистам. Интересно в связи с этим следующее высказывание академика Б.Чертока, активного участника лунной гонки с советской стороны [1]:

   « …Миру не известны имена многих истинных творцов американской лунной программы, за исключением Вернера фон Брауна. Он - руководитель разработки ракеты-носителя. Кто главные конструкторы лунных кораблей, двигателей, системы управления?».

 

 Илл.5. Боб Гилларт был единственным режиссёром высадки на Луну.

   а) Гилларт (слева) и фон Браун, б) Боб Гилларт – неафишируемый главный режиссёр «высадок на Луну»

      

Круг "посвящённых" ограничить, от ненадёжных избавиться заранее

       Астронавты «Аполлонов» понимали не хуже инспектора Бэрона, что их корабли «не позволят достичь Луны» и «были обязаны соблюдать полное молчание». Но и хорошо продуманная система иногда даёт сбой и тогда «компетентные органы» должны были идти на любые меры, лишь бы не допустить утечки информации. Именно этим, скорее всего, и вызвана цепь «случайных» смертей,  унесших в могилу в течение одного 1967 года 11 людей, оказавшихся в опасной близости к секретам программы «Аполлон» и, по своим личным качествам или в силу обстоятельств, ставших потенциальными источниками разглашения тайны.  Это был последний год перед началом пилотируемых полётов "Аполлонов". На первый план явно выдвигался вариант мистификации. Защитники В. Яцкин и Ю.Красильников так пишут об этих смертях [10]:

      «Все "несогласные" погибли в 1967 году или ранее. До первого полета на Луну - еще минимум полтора года, а в NASA уже вовсю идет поиск и устранение "тех, кто не умел хранить тайну о лунной мистификации". А когда программа "Аполлон" пошла полным ходом, астронавты почему-то прекратили погибать в катастрофах. Странно, не правда ли?».   

      Однако, чего же тут странного? Автор провёл в стенах родного института более 25 лет. И хорошо помнит, как с завидной периодичностью в помещениях института появлялись инспектора пожарной безопасности. Они выявляли и требовали устранить возможные причины возгорания. Пожар легче предупредить, чем потушить. Поэтому и чистка от «ненадёжных» должна была произойти, конечно, до полётов «на Луну». Утечка информации должна быть пресечена в самом зародыше. Как в том же случае с инспектором Бэроном.

      Скорее всего, Бэрон не был в курсе высших секретов НАСА. Но, на свою беду, он оказался слишком умным и, наблюдая за строительством комплекса «Аполлон», понял то, что с такой техникой на Луну не улетишь. Доклад он составил грамотный, иначе бы никто не стал создавать комиссию Конгресса для его заслушивания. Сама «НАСА опасалась, что это станет концом всего проекта».  Голоса по телефону советовали инспектору уняться. Он не внял им, и вскоре поезд «случайно переехал» его автомашину, где он оказался вместе со всей своей небольшой семьёй. Останься жена и падчерица в живых, и они могли бы рассказать подробности несчастного случая или о содержании угроз Бэрону.

       Рассмотрим случай с пожаром на «Аполлоне-1». На первый взгляд –  дорогой способ убирать неугодных. Но в масштабах всей мистификации (25 млрд. $) стоимость сгоревшего корабля  (несколько десятков млн. $) не так уж и заметна. А несколько жертв на дороге «к Луне» даже украсят общий «хэппи-энд» лунной гонки. Правда, при пожаре погиб не только критик Гриссом, но его товарищи Уайт и Чаффи, о которых нет сведений, что и они были критиками. Ну что ж, это, как выражаются американские официальные лица после «точечных» бомбардировок той или иной страны - «побочный эффект».

      Конечно, автор ни в коей мере не считает, что астронавты - «лунники» участвовали в мистификации как жертвы принуждения и запугивания. Нет, все они, конечно, были патриотами и руководствовались, прежде всего, мотивами патриотизма. Но частые «несчастные» случаи способствовали их воздержанию от лишних разговоров. В итоге, ко времени начала полётов «на Луну» был сформирован «надёжный» состав «лунников».

     В главе 3 рассказано об удивительных случаях снисхождения НАСА к состоянию здоровья отбывающих в полёт астронавтов. По мнению автора, это тоже можно связать с необходимостью соблюдения строжайшей секретности. Ведь астронавты испытывали технику, «с которой на Луну не улетишь». Во все времена первым условием обеспечения тайны считалось сокращение до минимума круга посвящённых людей. Американцы создали очень узкую группу «лунных» астронавтов. Если у кого-то из отобранных «надёжных» кандидатов «на Луну» случалась болезнь, как у Коллинза или Каннингэма, или имелась старая  медицинская неприятная история (Ловелл), то дублёров, всё равно, старались не привлекать. Надёжность важнее. А заболевшего можно и подлечить. Тем более, что многим «лунным» астронавтам с большой долей вероятности предстояло не лететь в космос, а изображать отлёт туда (глава 24).

        Нельзя исключать и того, что какая-то часть из описанных «заболеваний» могла быть просто выдумана. Это делалось для того, чтобы списать на «болезни» странности и умолчания в освещении самих полётов. Это ещё один резерв сохранения секретности.

 

Разведка перед решительным сражением

       Лунная гонка являлась войной до победного конца между СССР и США. Успех мистификации полёта А-8 инициировал отказ СССР от осуществления первого логичного этапа реальной лунной программы - пилотируемого облёта Луны.  Руководство СССР и руководители советской космической программы решили «обойти» соперника рывком и взяли курс на осуществление непосредственно высадки на Луну. Как теперь ясно, эта задача и по нынешним меркам находится на пределе технических возможностей. Но тогда это просто был путь в тупик. А подсказать противнику ложный путь для наступления – великий успех.

       В мае 1969 года по следам А-8 «кружил вокруг Луны» А-10. Он закрепил успех А-8.  Для США наступало время «перейти через Рубикон» и объявить о первой «высадке на Луну». И вот на этом рубеже риск разоблачения резко возрастал. Придётся выпустить в свет много фальшивок. Поэтому, прежде чем приступать к этой главной части спектакля нужно было дополнительно прозондировать (проще сказать, провести разведку) степени доверчивости советских специалистов, их готовности «проглотить» следующую, более крупную порцию дезинформации.

     Можно предположить, что именно с этой целью 2 июля 1969 года, за 2 недели до старта А-11 центр советской космонавтики, г. Звёздный посетил с визитом не то иной, как главный исполнитель первого акта мистификации, командир корабля «Аполлон-8», астронавт Ф. Борман [11]. Полковник Борман (илл.6) был незаурядной личностью в отряде астронавтов [12]. После окончания элитной военной академии США он остался там и уже в качестве доцента преподавал термодинамику и механику жидких сред. Не всякому выпускнику делают такое предложение.  После поступления в НАСА  Борман – инструктор Аэрокосмической школы пилотов на базе Эдвардс. В 1967 году он - член комиссии по  расследованию причин пожара на корабле А-1. Затем Борман руководит от НАСА работами по переустройству корабля, позднее он – директор программы «Скайлэб».  Борман, по словам Каманина, в рассматриваемый отрезок времени работает в Белом доме по политическому обеспечению лунных полетов. [11].

Илл.6. Политический разведчик

(командир корабля «Аполлон-8», сотрудник Белого дома, полковник Борман посещает Звёздный накануне старта «Аполлона-11»)

 

 

       Это был очень необычный визит. Во-первых, это был первый визит американского астронавта в Звёздный. Во-вторых, он происходил в самый драматический, самый переломный момент лунной гонки, о котором Б.Е. Черток писал, что «такого сочетания собственных поражений с чужими победами не приходилось переживать со времен войны» (глава 6).

      Раз уж Б.Е. Черток использовал сравнение с тогда ещё сравнительно недавно окончившейся тяжелейшей войной, то и автор книги хочется провести сравнение с ней, причём именно с тем её начальным периодом, когда мы испытывали горечь непрерывных поражений. Представьте к себе, что в тяжёлые дни лета и осени 1941 года в Москву с разрешения советского правительства прибыл бы видный немецкий генерал и на собрании советских офицеров и генералов, а также политиков лично рассказал бы им, как успешно и замечательно германская армия громит Красную Армию. Способствовало бы это поднятию боевого духа наших военных, солдат, да и всего народа? И были бы потом победы под Москвой, Сталинградом, Курском и, наконец, большая Победа? Вряд ли.

       Так и с визитом Ф. Бормана. Не нужно большого воображения, чтобы представить себе, какое мощное далеко не вдохновляющее влияние на советских специалистов и руководителей мог оказать подробный доклад человека, который был на острие лунного наступления со стороны США и лично участвовал в нанесении первого крупнейшего «лунного» поражения Советскому Союзу. Автору вполне может представить себе, что уже в то время, в руководящих советских кругах действовали значительные проамерикански настроенные силы, которые «пробивали» визит Бормана, но всё же трудно понять побудительные мотивы тех высших руководителей, кто разрешил этот визит.

       На первый взгляд удивительно и время, выбранное для визита. Он начался всего за 2 недели до старта А-11 и закончился 10 июля 1969 года, всего за 6 дней до старта А-11. Как пишет Н.П. Каманин, Борман очень спешил «быть на своем рабочем месте в момент полета А-11» [11]. И тут возникает вопрос: казалось, раз так важно твоё присутствие в Белом доме в эти дни – оставайся там.  Можно съездить в Звёздный и после.  Но Борман желает попасть в Звёздный именно «до». Почему?

      Эта спешка становится понятной, если считать, что Борман приехал в Звёздный как раз для политического обеспечения первого «полёта на Луну». Он решал не терпящую отлагательства разведывательную задачу:

       1. Лично убедиться, что советские специалисты и руководители поверили в полёты А-8 и А-10 вокруг Луны;

       2.Усилить психологическое давление от успеха своими рассказами и материалами «из первых рук»;

       3. Убедиться, что СССР не ведёт самостоятельного контроля над программой «Аполлон» и полностью опирается на американскую информацию, поставляемую непосредственно через СМИ или другими путями. Убедиться, что такой контроль не грозит в будущем.

        Его рассказы оказали должное психологическое воздействие. Вот соответствующие записи Н.П. Каманина [11]:

       7 июля. В субботу 5 июля мы принимали Бормана с семьей в Центре имени Гагарина. В 16:00 Главком Кутахов, маршал Руденко, я и космонавты с женами встретили гостей на пороге Дома офицеров. Фрэнку Борману преподнесла цветы Валентина Терешкова, а госпоже Сюзанне Борман — Евгений Хрунов.

       Официальная часть встречи проходила в зале Дома офицеров. После того, как маршал Кутахов зачитал приветственную речь, Фрэнк Борман кратко рассказал о себе и о полете «Аполлона-8», ответил на вопросы, продемонстрировал и подарил советским космонавтам 15-минутную киноленту с видами Луны с расстояния 100 километров и видом  (а не видами) Земли над лунным горизонтом. Мы показали Борману фрагменты кинокартины о Гагарине «Дорога в космос» и фильм «Четверо в космосе». От имени наших космонавтов Георгий Береговой вручил ему копию космического корабля «Восток», а Павел Попович — фотоальбомы и значки. При осмотре музея Звездного в роли гида выступал Герман Титов.

Вечером за ужином, на котором присутствовало человек двадцать, произносили тосты Кутахов, Борман, Титов, Береговой и другие. Борис Волынов преподнес госпоже Борман палехскую шкатулку, а Борману и обоим его сыновьям — часы «Полет». В ответ Фрэнк Борман снял с руки свои часы и вручил их Герману Титову со словами: «Передаю эти часы в музей Звездного. Они были со мной в полете на «Аполлоне-8» вокруг Луны».

      В общей сложности Борман и его семья провели в Звездном более 8 часов, произведя на всех очень благоприятное впечатление. Фрэнк Борман скромен, точен, дисциплинирован. Он блестящий и остроумный оратор, тонкий дипломат и политик. По интеллектуальному развитию его можно было бы сравнить с Гагариным или Титовым, но у него больше опыта и, пожалуй, выше чувство ответственности и самодисциплины. Во всех своих выступлениях он настойчиво проводит такую мысль: «Наша планета очень небольшая, она служит домом для всего человечества, и нельзя драться и разрушать родной дом. Перед нами открыт путь во Вселенную — мы обязаны добиться мира и взаимопонимания на Земле, чтобы направить наши усилия на освоение космоса».

       Борман очень искренне благодарил меня за организацию встречи с космонавтами. Он сказал: «Я понимаю, что вам, генерал Каманин, принадлежит решающая роль в организации нашей поездки по Советскому Союзу, и благодарю вас за проявленное к нам внимание, за теплоту и сердечность встреч».

       В общем, похоже на то, что Ф. Борману удалось произвести самое благоприятное впечатление на своих радушных хозяев. И обратите внимание на то, что вся информация, которую сообщил Борман о полёте А-8, воспринимается со 100%-ным доверием.

       В итоге, вернувшись в США, Ф. Борман мог с полным удовлетворением доложить: «Они поверили. Можно «лететь на Луну»!».   И полёту с первой «высадкой»  был дан зелёный свет, так что всего через одну неделю после возвращения Ф. Бормана в США «Аполлон-11» стартовал «на Луну». Но, невзирая на приятный осадок, оставшийся у американцев от успешно проведённого визита, бдительности в плане охраны своих секретов они не теряли: старт «Аполлона-11» произошёл с соблюдением всех соответствующих мер предосторожности.

.

Операция «Crossroad» («Перекресток»): средства слежения противника - подавить

             На активном участке полёта ракета исключительно «болтлива». Она потоком передаёт по радио так называемую телеметрическую информацию о своём состоянии, о работе своих систем, о скорости полёта и многое другое. Прослушивая её, можно многое узнать о ракете. Поэтому, если есть желание скрыть основные параметры ракеты, стороннее наблюдение за активным участком её полёта ракеты недопустимо. И американцы его не допустили.

        В те годы в нейтральных водах около США и, в частности, неподалёку от космодрома на мысе Канаверал, с соблюдением всех тогдашних международных законов постоянно дежурили советские радионаблюдательные суда. Аналогичную деятельность вели и США в отношении СССР.

        Но во время стартов «Аполлонов» советские суда радиоразведки представляли для успеха мистификации огромную опасность, так как, прослушивая телеметрию с «Сатурнов-Аполлонов» они могли бы, например, обнаружить несоответствие скорости движения и высоты ракеты официальным данным НАСА. И американцы на время прохождения ракетой активного участка полёта полностью заглушили работу советских средств радионаблюдения. Вот что написано (в сокращении) о таком глушении в день старта «Аполлона-11» [13].

  «Сверхсекретная операция, которую спецслужбы США проводили весной и летом 1969 года, является одной из “русских страниц” программы “Аполлон”. По своему размаху она может претендовать на звание одного из самых масштабных мероприятий такого рода. Но американцы не любят вспоминать о ней.  Название этой широкомасштабной операции – “Crossroad” (“Перекресток”), единожды промелькнув на страницах газет, больше никогда не упоминалось.  

       Высадка американцев на Луне (программа “Аполлон”) считалась важнейшим делом национальной политики США второй половины 1960-х годов. Даже война во Вьетнаме имела меньший приоритет.    Источником потенциальной угрозы рассматривались советские корабли радиолокационной разведки, которые находились в непосредственной близости от мыса Канаверал, где находились стартовые площадки “Аполлонов”.

    Новым в 1969 году стало то, что теперь каждое такое советское судно находилось под круглосуточным наблюдением американской разведки. Их передвижения отслеживали самолеты наблюдения, береговые радиолокационные посты, боевые корабли.   По американским данным, весной 1969 года два советских разведывательных судна постоянно находились в пределах “досягаемости” до мыса. В дни полета “Аполлона-10” (май 1969 года) их число возросло до четырех. А за несколько дней до старта “Аполлона-11” (их было) уже семь.    “Противостояли” им до 15 надводных кораблей 2-го флота и несколько подводных лодок.  Эти силы были переведены на круглосуточный режим работы. В Белом доме была даже подготовлена директива президента США на нанесение ответного удара по Советскому Союзу, когда “космический корабль будет уничтожен”.    Теоретически такая возможность имелась, но на практике в период противостояния СССР и США так никто и никогда не поступал.

    И вот наступило 16 июля 1969 года. На боевых кораблях, на пунктах электронной разведки и на станциях электронного противодействия еще ночью “сыграли” боевую тревогу. Американцы были готовы немедленно открыть огонь на поражение, если бы посчитали, что на советских судах генерируются сигналы, которые могли бы помешать нормальному полету ракеты.

    В 8 часов утра по местному времени американцы зафиксировали включение аппаратуры на советских судах на полную мощность. Правда, подозрительных импульсов зарегистрировано не было – советские корабли продолжали свою деятельность по сбору информации об американском континенте и о вооруженных силах США.

    В 8 часов 10 минут к советским судам приблизились самолеты “Орион”, оснащенные комплексом радиоэлектронного противодействия. Корабли сократили дистанцию до наших кораблей до минимально возможной.

    В 8 часов 20 минут береговые станции, оборудование на самолетах и кораблях, призванное создавать помехи, было включено на полную мощность во всех выявленных ранее диапазонах работы советских систем.

    В 8 часов 32 минуты ракета “Сатурн-5” с кораблем “Аполлон-11” устремилась ввысь.

    В 8 часов 41 минуту “Аполлон-11” вышел на околоземную орбиту.

    В 8 часов 45 минут было зафиксировано отключение большинства систем на советских судах.

    В 8 часов 47 минут американцы прекратили глушить советские корабли.

    В 8 часов 50 минут на корабли 2-го флота поступил приказ зачехлить орудия. Зону покинули самолеты “Орион”.

    Американцам так и не удалось зафиксировать какой-либо сигнал, который мог быть истолкован как опасность для “Аполлона-11”.

       Судя по тону статьи, её автор - А. Железняков серьёзно считает, что вся эта активная деятельность американцев была вызвана боязнью «призрака» советской угрозы. В целях самообороны? Но ведь по словам самого А.Железнякова, на практике СССР никогда не воздействовал на запускаемые американские ракеты. С какой стати  СССР должен был повести себя по - иному в день старта «Аполлона-11»? Конечно, для СССР это был большой моральный удар – полёт американцев к Луне. Но уничтожать ракету с людьми на борту, за которой наблюдают сотни тысяч зрителей, то есть практически на виду у всей Америки – это же прямое объявление войны и не какой – нибудь, а ядерной. Это же самоубийство. Не стоит этого Луна.

         И ещё, почему американцы предпочитают не вспоминать об этой операции? Ведь, если её основной целью была забота о астронавтах, о том, чтобы злонамеренные «Советы» не сбили космический корабль, то что в ней зазорного? Значит, не об астронавтах пеклись те, кто задумывал эту операцию

        В общем, не проходит объяснение А. Железнякова насчёт побудительных причин столь агрессивной и бескопромиссной операции, которую провели американцы в короткие минуты полёта ракеты.

        Для сравнения вспомним, как «вел себя» СССР в похожей ситуации за 10 лет до полётов «Аполлонов». Тогда в 1959 году СССР впервые в  истории человечества, опередив на шесть лет американцев, СССР попадает ракетой в Луну. Вот отрывок из воспоминаний академика Б.Е. Чертока [1]:

       «Старт ракеты 12 сентября прошел без единого  замечания.... Первая забота - отредактировать сообщение ТАСС.  Вторая - получить разрешение на немедленное оповещение профессора Лоуэлла, директора английской обсерватории «Джодрелл Бэнк» о состоявшемся старте. Во всей Европе только эта обсерватория обладала антенной,  которая способна была следить за нашей ракетой на пути к Луне и подтвердить,  что мы действительно не промахнулись.  (Президент АН СССР) Келдыш требовал разрешения Госкомиссии. В конце концов, Келдыш одолел и дал  поручение немедленно связаться с Лоуэллом и передать ему прогнозируемое время встречи с Луной и текущие эфемериды (координаты – А.П.), чтобы он успел обнаружить излучающий контейнер среди всех космических шумов и тресков. Был страх, что нашим сообщениям не поверят, кроме своих, требовались еще и  зарубежные свидетели попадания в Луну.  Мы не сомневались, что американцы также попытаются следить за нашим вторым  лунником. Связи с американскими учеными у нас не было. Рассчитывали, что они сами догадаются обратиться за помощью к Лоуэллу. Так оно и случилось. Заместитель директора НАСА профессор Хью Дрейден: «Мы не имели возможности визуально проследить за  ее прилунением. Но мы на территории США получили сигналы «Луны-2». Мы  поддерживали контакт с профессором Лоуэллом, который сообщал нам о каждом шаге советской лунной ракеты.  Наши ученые на основании данных профессора Лоуэлла вычисляли траекторию  полета ракеты.  Таким образом, НАСА подтвердило, что русская лунная ракета достигла Луны»

        Итак, СССР заботится о том, чтобы нашлись зарубежные свидетели, которые могли бы независимо подтвердить факт попадания ракеты в Луну. И делает для этого всё необходимое.

       А американцы поступают, в точности наоборот. Во время старта ракету, пожалуйста, смотрите. На глазок мало что разглядишь. Но в плане контроля за деталями её полёта посторонних свидетелей американцы  не только не ищут, но и глушат. И как после такого сравнения не задуматься? Если корабль действительно летит на Луну, если ракета на активном участке «ведёт себя» именно в соответствии с объявленной схемой полёта на Луну, то зачем глушить чужие средства наблюдения? Ведь «Сатурн-5» - не военная ракета.  На самом деле, по мнению автора книги, целью американцев было не позволить «чужакам» распознать, что полёт ракеты идёт не по объявленной программе. Следовательно, стартующая с космодрома ракета представляла собою совсем не то, что о ней сообщила НАСА.

 

Советский вклад в успех мистификации

       Успеху мистификации способствовали и два политических фактора чисто советского происхождения.

       Во-первых, это то, что под влиянием информации об успехе «Аполлона-8» СССР исключил из своих планов пилотируемый облёт Луны и тем самым лишил себя одного из самых эффективных средств контроля за «лунной» деятельностью американцев.

       Во-вторых, этому успеху помогала доведённая до абсурда идея засекречивания  достижений советской науки и техники.  Перед Вами копия  страницы “Life[7] (илл.7а,б,в). Здесь нарисованы силуэты трёх ракет - «Сатурна-5», «Союза» и «Сатурна-1Б». Рядом с американскими ракетами «Союз» выглядит более чем  скромно. А ведь в это время в СССР уже около двух лет как летала ракета «Протон» (илл.7г). Насколько помнит автор, фотографии «Протона» в советской прессе в то время  не публиковались. А ведь если бы на рассматриваемой сравнительной схеме вместо «Союза» был показан «Протон», то сравнение  выглядело бы не таким подавляющим, а там можно было бы и задуматься о том, что скрывается под широким корпусом «Сатурна-5».  А вот что писал по поводу вреда «сверхсекретности» её современник генерал Н.П. Каманин [11]:

     «5 июня 1963 года». Вечером смотрели секретный кинофильм о полете Николаева и Поповича. Фильм мог бы быть более интересным, хотя и то, что в нем есть, простые люди смотрели бы с захватывающим интересом. Но этот фильм не показывают из-за наличия в нем "больших секретов" (ракета, корабль, старт, руководители). Эти секреты давно известны американцам. Свой "Сатурн" они делали, хорошо зная нашу "Семерку". А о Королеве и других главных конструкторах в Америке и Европе читают лекции и пишут огромные статьи. Получается довольно глупо: мы скрываем свои достижения и выдающихся конструкторов и ученых от своих же советских людей».

  

Илл. 7.

Силуэты ракет: а) «Сатурн-1Б»,  б) «Союз» и в) «Сатурн-5», г) ракета «Протон»

 

        Конечно, государственные секреты были, есть и будут. Но, превзойдя в своё время разумную меру засекреченности, наши руководители лишили свой народ множества причин для гордости за свою науку и технику. А чем меньше человек знает о достижениях своей страны, о своих выдающихся учёных, конструкторах, героях, тем легче его убедить в чужом  превосходстве [14,15].

 

Назад

Содержание

Вперед